http://forumfiles.ru/files/000d/d4/04/15727.css
http://forumfiles.ru/files/000d/d4/04/41526.css
http://forumfiles.ru/files/000d/d4/04/26895.css



Justice
ЛС
Wrath
https://vk.com/id330558696

ЛС
Love
ЛС

Матрица Равновесия
андроид
Глава Иезавели
Александр Касс
человек, нуль-медиум
глава Детей Каина
Ненависть
воплощение


What do you feel?

Объявление



Матрица Равновесия
андроид
Глава Иезавели
Александр Касс
человек, нуль-медиум
глава Детей Каина
Ненависть
воплощение


- Шевелись, старая кляча, ты слишком медленная.- животное все же соизволило остановиться, кот сидел на небольшом камне, нервно подрагивая пушистым хвостом и наблюдая за тем, как к нему приближалась девушка. Спроси у него сейчас, нафига она ему, тот вообще не ответит. Но в данный момент они оказались в одной лодке, оба очнулись на поляне и оба ничего не помнят. С одной стороны, что ему стоило взять и уйти, раз он очнулся первым? Но почему-то, смотря на мирно спящую блондинку - уходить не хотелось. Привязанность? Договор? Да поди разбери в этой неразберихе, что их связывало в прошлом, но, раз очнулись вместе, видимо, стоит и держаться так же. - Фууух. - добираясь до камня и сползая на колени, Желание выглядела слегка вымотанной, они вот уже несколько часов бродят по этой окрестности, но кроме поляны, окруженной сотнями цветов, ландшафт не менялся.

Читать дальше

Justice
ЛС
Wrath
https://vk.com/id330558696

ЛС
Love
ЛС

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » What do you feel? » Level of Mind Palaces » [личный] Скажи мне правду


[личный] Скажи мне правду

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

http://s5.uploads.ru/iyYT5.gif
Я прошёл долгий путь, не прямой и не легкий
А твой взгляд словно в книге читает во мне
Расскажи мне о счастье, расскажи мне о горе
Пусть сплетаются нити в цветном полотне (с)

Дата и время суток:
Спустя недолгое время после свержения Гнева в Нижний Предел

Место действия:
Чертог Справедливости

Погода:
-

Участники:
Любовь, Справедливость.

Предыдущий эпизод:
-

Следующий эпизод:
-

Краткое описание:
Гнев оказывается в Нижнем Пределе. Любовь идёт к Справедливости за ответами.

0

2

Любовь пребывала в расстроенных чувствах. Растерянность, печаль, страх  и непонимание ввергали Воплощённую в сменившее первоначальную вспышку эмоций почти апатическое состояние, совсем не свойственное её непоседливой натуре. Сперва это было удивление. Потом возмущение. Потом непонимание и злость. Потом пришла пустота, рождённая не укладывающимся в голове фактом. Можно было отвлечься, заводя очередную игру, но Лу не хотела. Сейчас она желала только ответы, за которыми и направлялась в чертог Справедливости, до последнего  не желая принять реальность.
Дело было в Гневе.
Войны захлестнули мир, за несколько десятилетий  буквально утопив людей в крови. Таких событий Земля ещё не знала. От взрывов и ударов совершенствующегося оружия, сотрясались города и страны. Казалось, ещё немного, и ничего уже нельзя будет исправить. Война сожрёт всё.
Это коснулось и Воплощённых Чувств, напрямую зависящих от людей. Кому-то обернулось пользой, кому-то вредом.
Для Любви настали очень противоречивые времена. С одной стороны, люди как никогда остро испытывали её чувство. Нуждались в тепле, заботе и понимании. Шли на фронт за лучшим будущим для тех, кого они любят. И защищающие, и нападающие. Все они, творили ужасные вещи, но, тем не менее, сердца их знали, что такое любовь.
В это время, Любовь была для них скорее заботливой матерью, нежели своей привычной, беспечной и легкомысленной формой. Как могла, оберегала и поддерживала тепло в человеческих умах, не давая им утонуть в отчаянии. Это отражалось и на ней тоже.
Когда же всё пошло на спад, возвращая миру подобие спокойствия, перевоплотившаяся Лу долго - по человеческим меркам, - не возвращалась в Чертог, просто гуляя и отдыхая от всей той разрухи. Всё ещё было довольно плохо. Но, можно сказать, настала весна для мира, постепенно отстраивающего себя.
Когда же Любовь вернулась в домой  - она не нашла Гнев.. Она почувствовала, когда тот исчез, и поспешила обратно.
Только как ни звала его, пытаясь разыскать, недоумевая молчанию, ведь он никогда её не игнорировал и не отказывал во встрече, всё было тщетно. А с прояснившимися обстоятельствами его отсутствия  - на Любовь обрушилось потрясение, какого она никогда ещё не испытывала.
Ведь это же Нижний Предел! Что может быть страшнее и хуже? И что будет там с Гневом, вернётся ли он? Что делать дальше? Сердце болело за друга и брата, так много давшего Лу, ничего не прося взамен. Она не мола смириться с мыслью, что именно ему пришлось нести ответ за события последних лет. Хотела услышать правду, и пусть эта правда окажется не такой несправедливой, как видится сейчас в голове Лу.
Чего она хотела добиться от разговора со Справедливостью, Любовь и сама не знала. Она и сердилась на него, и нет. Понимала, что вершить суд - его суть, а не прихоть, как это происходит с каждым из Воплощений в их естественных проявлениях. Нельзя его винить за исполнение долга, и Любовь не винит. Просто ей очень больно и грустно, и, находясь на распутье, к кому, как не к нему идти за ответами. 
- Джей?! - Пройдя сквозь врата, Воплощённая оказывается в ледяном зале, не меняющимся с течением времени. Раньше это место её восхищало своей красотой и чистотой. Звенящей белизной снежных узоров. Конечно, Лу не забегала к Справедливости на чашку чая, и вообще старалась не попадаться без необходимости под равнодушный взгляд, принимая, но плохо способная понять его суть. В конце концов, любовь редко бывает справедлива. Чаще совсем наоборот. Она жестокая, обжигающая, и отдавая кому-то всё - может забрать остальное у другого, даже не заметив этого. И если с Гневом, который часто движем  именно желанием отстоять правоту и защитить несправедливо обиженного, хоть он порой и отрицает это, смущаясь собственных хороших поступков - у неё было достаточно общих точек соприкосновения с ним, то со Справедливостью дела обстояли несколько иначе. Лу ни к кому не относится плохо, даже к Ненависти, а если злится и обижена - это редко на долго. Она относится к Джею нейтрально. Хорошо и нейтрально. С теплотой, которой готова делиться решительно со всеми, просто не умея иначе. Может обратиться за помощью, если зашла совсем уж в тупик. Или проведёт с ним время, готовая принимать, если так звёзды сойдутся. Но этого мало для тесных доверительных, или, хотя бы дружеских отношений, насколько вообще подобные ярлыки можно вешать на Воплощённые Чувства.
Сейчас, оглядываясь и никого не обнаружив, среди всей этой заледенелой красоты, отражающей Справедливость, Лу чувствует себя неуютно. Ёжится от холода, скорее уж созданного её воображением, чем настоящего, и хочет спрятаться, принимая истинный, бестелесный облик, хотя бы так обретая чувство защищённости. Любовь боится, хотя и не понимает чего именно: Джея, его реакции, тех самых ответов, непонимания или что её даже не станут слушать. Не знает Лу и что говорить, как-то сразу растеряв слова и позабыв вопросы, ещё совсем недавно не покидающие головы. В мысленных сценариях она кричит на него, или умоляет. Или вовсе ничего не говорит, даже не сдвинувшись с места, увязая глубже в растерянности, переживая изменения мира в своих глазах.  В боли за Гнев, который дорог ей, и которому она никак не помогала,  а ведь могла быть рядом, и, может быть, это как-то бы изменило настоящее.
- Джей, ты где?  Ответь мне!! – Лу переходит на крик, суетливо осматриваясь. Она чувствует себя полной дурой, но, как ей кажется, готова, на что угодно и к чему угодно.

+2

3

Ледяная колонна рассыпалась дождем осколков, медленно, от основания по ней бежали трещины, раскалывая идеальную главную поверхность, словно прорисовывая на ней тушью ветвистое корявое дерево. Медленно но верно оно росло, наконец уходя ввысь, к потемневшему ночному небу. Тихий, едва уловимый в ветре треск, словно надломились тонкие ветви и вот уже под ногами ворох из крошева льда. Хозяин Чертога, воплощение Справедливости, уже не пытался не то что сделать с этим хоть что-нибудь, остановить как-то это разрушение, но даже не смотрел в ту сторону. Это была далеко не первая колонна. И сейчас он со всей ясностью видел, что не последняя. Но даже уже не волновало. Такая малость - эти осколки, когда внутри него самого бушует ледяной шторм, своими завываниями перекрывая даже способность думать. Воет уже не день и не два, и, казалось, этой буре нет конца. Но он точно знал: как только она сожрет, перемелет в себе все его силы, когда вокруг не останется ничего, что можно будет сломать или разбить, этот буран уляжется и наступит пронзительная гробовая тишина. А пока же бурю питали мысли.
Все, что случилось, казалось неправильным. Совершенно нелепым и невозможным, словно часть мира обрушилась, оседая, как все эти колонны, а потом всех их накрыло обвалившейся кровлей, раздавливая, лишая воли и самой возможности жить и дышать. С этим не было сил уже ни мириться, ни бороться, и, казалось, единственным выходом было бы самому отправиться вниз, в эту пустоту, да только ни самому не спуститься, и никто ж не поможет, даже если очень просить. Что было там, по ту сторону, за которой нет ничего? Каково оказаться в пустоте? Джей часто думал об этом раньше, а после того, как сам отправил туда брата, почти постоянно. Страх перед Нижним Пределом мешался с непониманием, и желанием все исправить, но что-то внутри, словно черная кошка в темноте, вертко шипело, ускользая, не даваясь в руки. Словно было что-то очень важное, что он забыл. И чернота наваливалась сверху, застилая некогда ясное небо внутри Чертога, впитывалась в него, разливаясь как чернила по листу с нарисованной картиной. Еще какое-то время ее сдерживала ночь, щедро высыпавшая в попытке спасти рассудок своего обитателя драгоценные звезды, но чернота и их очень скоро слизала с жадностью, проглотив и даже не облизнувшись. Черноте всегда мало.
Единственное, чего было в избытке, это время. Иногда Джею казалось, что даже оно замерзло, впало в спячку и не движется, окутывая его со всех сторон наедине с воткнутым прямо в промерзшую землю под ногами, пока еще землю, клинком, от которого в стороны, разбегаясь по всему внутреннему Чертогу шли трещины, подтачивая, подгрызая, высасывая из него энергию. Сила, жизнь, все стекалось в воронку, манящий, притягательный водоворот. Но даже он скоро должен был стихнуть. И главное было не задаваться вопросом о том, что будет после.
Оправданная жестокость, правосудие, восстановленный закон. Стертые знамена никому не нужной войны. Но он не в силах был им противостоять, даже если видел каждую прогрызенную в их полотнах молью дырку, каждый потрепанный и прожженный, истасканный край. А еще было страшно. До черта, до дрожи по спине, вынуждающей встряхиваться, словно замерзшего зверя, страшно, что то, что исправить уже будет ничего нельзя.
Сюда никто не приходил больше. С самого сражения, с тех самых пор, как он ушел из руин Огненного Чертога, не сказав никому и слова, никто не смел сунуться, заговорить и даже подойти. Но он и сам не рвался, избегая своих собратьев, избегая бессмысленных вопросов, жестоких слов о том, что они перегнули палку, и еще более жестоких о том, что все сделано было правильно. Ни оправдания, ни утешения. Только замершее время и подступающая, жадная чернота.

Голос извне пробился сквозь ветер не сразу, как не сразу и дошел до сознания, но все же пробился, заставляя неохотно подняться на ноги, вслушаться и чуть не простонать: Лу! Любовь, сама, лично заявилась требовать ответов. Он предпочел бы кого угодно другого, хоть и понимал со всей безнадежностью, что именно она больше всех в праве требовать ответа. И впервые в жизни он не готов был отвечать.
Ветер окутал его на несколько секунд, слизывая кровь с рассеченных осколками рук верным псом, задержался ненадолго, отрезвляя холодом, и спрятался, поджимая хвост, оставляя наедине с неизбежностью. Нужно было взять себя в руки, дать холоду окутать материальное тело, позволить проникнуть вглубь, вымораживая почти до самой души... Никто не должен знать.

Он предпочел открыть врата, чтобы выйти к ней, нацепив маску спокойствия. Так легко это, когда даже кровь кажется внутри густой и застывшей. Пройти между деревьев, задевая звенящие льдинками ветки, невольно еще щурясь на такой яркий по сравнению с темнотой свет, на серебристые снежные искры.
- Я здесь. Здравствуй, Лу, - остановиться в паре шагов, чтобы не обжечь холодном, и спросить очевидное, не требующее на деле никакого ответа, - Зачем ты пришла?
Только дурак бы не понял, зачем. Только слепой или глухой был бы не в курсе их отношений с воплощением Гнева. А Джей не был ни тем, ни другим, ни третьим. И Любовь пришла к нему, как к судье и палачу требовать ответа. Что же, она была в праве. И, видимо, ему все же придется отвечать. По крайней мере, хотелось верить, что именно отвечать, а не рассказывать. Ведь отвечать - это всегда гораздо проще.

+2

4

Ожидание - отвратительная вещь. И тем оно хуже, чем более сильные эмоции сопровождают тягучие как смола минуты. Кристально голубая льдистая смола. Невозможное явление, растекающееся по коже, от которой Любовь цепенеет. Всё же - она трусиха. Склонная к жертвенности, способная на безумные поступки, часто слишком легкомысленная, чтоб заметить опасность, любопытная, упрямая, но всё же трусиха. Ей стоит труда, чтоб просто не разреветься от бессилия и отчаяния. Наползающих одна за другой мыслей: «наверное, он даже не выйдет ко мне" и "ну и что ты ему предъявишь?".
Вот только других вариантов всё равно не было, и Лу стояла неподвижно, зябко обнимая себя за плечи. Горечь сильнее страха неизвестности и правды, так что она не двигается с места, давя малодушные мысли подбивающие сбежать, или, напротив, кинуться вглубь, туда, где ей нет места, просто чтоб спровоцировать застывшего в своих снежных покоях Справедливость на активные действия.
Больше всего Лу сейчас не хочет увидеть равнодушие в глазах брата. Пусть он будет злиться: ведь Любовь посмела заявиться к нему, вершащему суд с полным на то правом. Или сожалеет. Или удивляется. Что угодно - только не равнодушие. Она хотела видеть не судью, отправившего её близкого друга в страшное пугающее место, а брата, который сможет объяснить для чего и дать надежду на лучшее.

А когда Джей выходит к ней, олицетворяя собой спокойствие, если и чувствовавший - укрывший эмоции за тысячью замками, у Лу на миг перехватывает дыхание. Ледяное спокойствие сопровождает Воплощённую Справедливость. Как всегда.
Справедливость изменился. Вернее, использует дугой облик, но для Любви сейчас что угодно может стать событием и потрясением, служащим переключателем с одного состояния на другое.
Едва слышно выдохнув, она смотрит на него, привыкая. Жадно выхватывает черты лица, ища в них поддержку, не желая верить в его холодность так же, как и в случившееся с Бешеным, и не находя её.
Смерть Воплощения в человеческом облике - весьма тривиальное, хоть и не повседневное явление. И пусть чувство восприятия мира подсказывало Лу одно, видела она другое. Иная личина, сопровождаемая слишком спокойным вопросом, позволила справиться со страхом, неуловимо влияя на восприятие через зримый образ и привязанные к нему привычки.

Что? Погрузившаяся в себя Любовь, меньше всего ожидая такого очевидного вопроса, вздрагивает, с искренним недоумением глядя в глаза Джею.
- Что? - Озвучивает свои мысли. Голос Лу звучит растерянно, а потом глаза её сверкнули золотыми искрами возмущения и злости. Пока что сдерживаемыми слезами.
Можно подумать Джей не в курсе. Ведь он сам...
- Ты знаешь!! - Восклицание, поднявшись на пару октав звенит, отражаясь от ледяных колон. Воплощённая Любовь даже кулаки сжимает,  вмиг вытянувшись как струна. Даже Справедливость, несмотря на всю его репутацию, не мог совсем не придавать значения случившемуся. А уж сложить два плюс два ему под силу. Кому как не ему.
Машинально делая шаг навстречу, Любовь не отводит взгляд, ища в синих глазах хоть что-нибудь. Молчит ещё несколько секунд, надеясь, что очевидные вопросы «зачем?», «почему?», «как?» не придётся проговаривать вслух.
Откровенно говоря, равнодушие и такой просто вопрос Джея очень злят.
Почти тоже самое, если бы он её ударил без всякой причины. Ведь дело же не в каком-то рядовом событии. И даже крупных неприятностях. Дело в семье. Том самом важном, к чему тянется всякое живое существо. Кого прощаешь всегда и не смотря ни на что. От кого не отворачиваешься, какая беда не настигла. Об одном из них, что важнее любого совершённого проступка. Так думает Любовь, забывая – и чувства далеко не всегда сплочены и едины.
Такую часть семьи у Лу отобрали, и меньше всего ей хотелось делать вид, что всё в порядке, потому она не стала сдерживаться. Просто не понимала, как Джей может оставаться таким спокойным.

- Ты отправил Гнев в Нижний Предел! - Собравшись с мыслями, Любовь всё-таки говорит, даже проглотив вопросительную интонацию, отрицающую очевидное. Звучит почти как обвинение. Но обвинять Любовь не хочет, как и не очень-то жаждет правды и ответов, за которыми пришла. Больше всего ей хочется, чтоб Джей солгал, пообещал, что всё будет хорошо, и тогда все действительно станет хорошо. Реальность просто не посмеет сопротивляться Немезиде, возвращая события, Чувства и людей на круги своя.
- Зачем? Что он такого сделал? Неужели нельзя было придумать что-то ещё? - Последняя реплика звучит жалобно. Любовь заставляет себя смотреть в глаза Справедливости, ожидая реакции.

+1

5

Звон ее голоса еще какое-то время эхом отдавался в ушах. Неприятный, высокий звук, но Джей даже не поморщился: слишком много сил уходило уже просто на то, чтобы оставаться спокойным, и, казалось, даже такая малость расколет маску так, что потом не собрать ее никогда. Впервые, быть может, он с какой-то мысленной усмешкой подумал о том, что даже ему может не хватать холода и льда. Не хватать собственного равновесия, чтобы не соскребать его по углам, не сметать в кучу, словно пытаясь построить замок из хрупкой пыли. Может быть просто прошло слишком мало времени, и слишком свежи воспоминания, сейчас как нарочно стаей хищных птиц потревоженные появлением в его Чертоге Любви? О, это странное чувство, которое он никогда не мог понять, та, с которой они пересекались так редко, так мало имели общего. Но нет, не в ней было дело и не во времени. И что-то глубоко внутри подсказывало, что пройдут еще годы, а легче все равно не станет. Ошибся ли он?
Не то вопросы, не то обвинения повисли в воздухе, в сущности, на его взгляд даже не требуя ответа.
Был ли другой выход на самом деле, может быть, он просто его не нашел? Сколько раз он сам прокручивал все случившееся в голове, пытаясь то так, то эдак сложить картинку, словно надеялся, что из слова "нет", можно хоть как-то составить "да", и, на самом деле понимая, что если это "да" прозвучит, то и самому будет только одна дорога. Вниз. Но нет, порой мироздание предлагает варианты только плохие и очень плохие, и выбирать, в сущности, не из чего, и все, что остается сделать, это попытаться сделать это самое "плохо" хотя бы плохим не для всех, если не получается оставить его плохим только для себя. Дурацкая игра в кости с жизнью, когда у нее всегда 12, а у тебя только один кубик, да и на нем половина точек стерлась от времени.
- У меня не было иного выхода, - очевидный ответ, и в то же время признание уже в том, он хотел бы его найти. Здесь не было места ответу "зачем", не было и места ответу "за что". Все эти стертые вопросы не имели уже значения по свершившемуся факту, и для него самого оставались вопросы лишь "как" и "когда". Джей смотрел на стоящую перед ним Лу, глядя ей в глаза, но в то же время сквозь них, словно сквозь черноту зрачков в пустоту, которая, казалось, теперь будет вечно маячить впереди, расцвеченная лишь изредка воспоминаниями о пламени и льдах.
Оправдываться? Неужели она серьезно думала, что он станет разъяснять ей причины, сможет рассказать о том, как появляется в момент вершения суда в его голове чистое знание о том, как должно поступить? Или, быть может о том, как именно происходит казнь? О том, что что это не просто взмах меча и стой себе спокойно, глядя на то, как твой брат или сестра уходят, а каждый раз пропуская это через себя, чтобы понять? Что ты хочешь, Лу? Понять кого, задавая все эти вопросы? Себя, меня, Гнев? Нет, то, что понял о нем я, не касается больше никого. То, что он понял обо мне, касается только нас двоих. А с собой ты прекрасно разберешься сама.
- Если бы я мог поступить иначе, я поступил бы иначе, - все же сфокусировав на ней взгляд, Джей медленно выдохнул, делясь с ней чуть большим, чем, быть может, стоило бы, не особо заботясь, впрочем, сможет ли Любовь, со всей ее беспечностью понять это немногое по одной лишь фразе. Понять, что порой даже такому как он свойственно хотеть чего-то большего, чем просто исполнения долга. Например, выбора. Выбора, который не всегда дан, пусть со стороны и кажется иначе, пусть многие из их семьи и привыкли считать, что приговор - это всегда его собственное решение, как повод для страха, для ненависти к нему, порой, в особо извращенных случаях, - для восхищения. Если бы хоть на этот раз это было бы правдой! Тогда хотя бы можно было бы честно считать себя виноватым. Но даже это не дано. Как не дано и многое другое.
- Тебе лучше уйти. Здесь и сейчас уже ничего не исправить.
Больше всего сейчас хотелось снова остаться одному и ни о чем не думать, один на один с собой, с осыпающейся в руки чернотой, с гаснущими звездами, а не стоять вот так лицом к лицу с сестрой, слушая вопросы, на которые невозможно дать ни одного дельного ответа. Холодно. Неужели даже ему самому, ледяному, может быть холодно?

+1

6

Нет, нельзя. Как бы Лу ни могла смириться с этим - но действительно нельзя. Она и сама понимает, и Справедливость подтверждает это знание, что скрыто в его глазах и его натуре. Если этот вопрос и нужно задавать - то не ему. И как бы Любви ни хотелось пережить скопившиеся эмоции и обрести надежду на лучшее, может быть подсказку - что ей нужно сделать, чтоб помочь Гневу - идти нужно было не к Джею.
Ледяной Судья, живущий по непонятным ей установкам и правилам. Всегда в стороне. Всегда сам по себе. Всегда спокоен и холоден, что бы ни произошло. Именно этим он пугает больше всего - своей непоколебимостью и равнодушием к происходящему. К нему нельзя идти просто так, только по делу. Может быть - кому-то ещё он позволит, но для Любви его Врата закрыты, как и его сердце. А воздействовать на него Лу никогда не пыталась, хотя поначалу её очень обижало, что некоторые более чем устойчивы к её натуре. Потом прошло. Впрочем, к Джею она и так бы не сунулась с попыткой вмешательства. Не только из страха или понимания важности естественного хода вещей. Просто не могла представить, что будет в итоге.

Любовь безмолвно повторяет за ним реплики, просто шевеля губами. Дублирует их для себя, стараясь уложить в голове, вместо надежды обретая отчаяние. Ей нужно было с самого начала идти к Вере, или Надежде, а не мучить себя и его.

«Если бы я мог поступить иначе...» Но ведь мог же? А что тогда случилось бы с Джеем? Этого Любовь не знает. Она не может ненавидеть, а жаль. Возможно, было проще переживать такие эмоции. Не искать оправдания, и не пытаться если не понять, то принять, несмотря ни на что. Тогда, возможно, она бы не чувствовала бы себя предательницей, по отношению к Гневу, за то, что даже не злится на Джея. Сожалеет лишь о факте самого действия. Может злиться на него за холод и немногословность. Но не за то, что он такое, понимает она или нет. А Любовь не понимает. Просто не может представить, примерить на себя.

Сглатывая ком в горле, Лу чудом сдерживает слёзы, рукавом смахивая первые же зачатки влаги.
- Ты не можешь его вернуть, да? Я поняла, извини что потревожила, это было глупо. - Любовь говорит бесцветным голосом. Справедливость может только карать, так что ли? А если нет - он всё равно ей не скажет. С чего бы? Скорее всего, она сейчас хуже назойливой мухи. Сама не знает чего хочет - но всё равно пристала, спрашивает очевидные вещи, отвлекает от каких-то дел.
Любовь уже и сама хочет уйти. Вернее нет - она хочет остаться и кричать. Кричать, обвинять, плакать ломать ледяные колонны, может быть, стукнуть самого Джея, просто чтоб он перестал быть таким, мать его, спокойным. Но выставлять себя ещё большей дурой нет никакого смысла. Может, Справедливость и сделал, что должен был, но он не тот, кто нужен ей сейчас.
- Последний вопрос, и я уйду. Здесь и сейчас уже не исправить - так ты сказал. Наш брат вернётся когда-нибудь?
Время для Воплощений не страшно. Столетия могут бежать быстро, подобно минутной стрелке на часах. И если Нижний Предел, так пугающий её, не приговор - она подождёт. А если нет - лучше узнать сейчас.

А потом Любовь и правда уйдёт. Оставит его наедине с ледяными скульптурами. В холоде, где ей нет места, и где она только мешает.
Но, неожиданно для себя, задаёт ещё один вопрос.
- Что ты чувствуешь? Ты всегда такой равнодушный и холодный. Но мы все чувствуем больше, чем являемся. Тебе тут самому не одиноко, или только я вызываю у тебя столько отвращения? - Откуда взялось оно - Любовь не знает. Говорит тихо, не особенно ждёт ответа. Готова к тому, что её просто выставят вон, или Джей развернётся и уйдёт сам.

0

7

Не пытаться прогнать, выставить Любовь за порог, ощущая явно, как медленно течет время в иллюзорной тишине. Странное, почти нереальное ощущение, стоять словно на границе водораздела, между чернотой за спиной, медленно осыпающейся, оседающей серебристой, даже нежной в чем-то пока что пылью, и яркостью эмоций самой Лу. Здесь даже еще не так холодно, здесь светло, пусто, и очень тихо. Голоса отражаются звоном от обманчивой прозрачности льда, еле слышным эхом тонут вдали, не в силах заполнить собою пустоту, как не способны и заполнить пустоту внутри. Им не о чем говорить друг с другом. В каком-то смысле, они друг друга даже не слышат, говоря об одном и том же, но словно на разных языках, в разных параллелях. Она спрашивает, он отвечает, но ни вопросы, не дают в итоге ничего, и все это - бессмысленно.
И оглядываться назад, на случившееся, снова и снова - тоже на самом деле бесполезно, даром, что мысли не слушаются, ничего не изменишь. Но если быть честным, хотел бы. Очень многое хотел бы исправить, если бы только неумолимое время было им подвластно, если бы обстоятельства возможно было сложить в иную головоломку.

Перерождение. Он не хотел возвращаться, не в силах заставить себя смотреть на этот обезображенный мир, в котором не оставалось, казалось, уже ничего святого, ничего, за что стоило бы бороться. Небытие казалось благословенным, убаюкивающим и манящим, уговаривающим остаться. О, как оно хотело заполучить его навсегда. Упрямая птичка попалась в клетку, ей спалили крылья, выжгли душу вместе с телом, заполнили разум отчаянием жестокости людей к себе подобным. Это было даже не больно, это было беспросветным "все равно". И тьма потирала ладони, выталкивая в мир пустую оболочку без проблеска личности. Послушную марионетку равновесия с карающим мечом...

Хотел бы иначе? Да, безусловно. Глупо это отрицать, когда единственное, во что успел вмешаться, на что хватило силы воли в противостоянии с палачом - отклонить безнадежно непоправимое, попытаться изменить еще хоть что-то, что возможно, цепляясь за призрачно-иллюзорные шансы. Выбирая из всех предложенных зол то, у которого есть хоть какое-то будущее. Иного в тот миг было не дано, как не было дано даже времени.
А смог бы?.. Смог бы поступить иначе, сумей он сохранить себя там, на Земле? Смог бы пойти против того, что мироздание посчитало правильным, вкладывая меч правосудия в его руки? Рискнул бы смахнуть с чаш весов выверенный баланс и пересчитать его заново по своей воле? Да, рискнул бы, хватило бы только сил искать иное будущее. Но их не было. Не было! Вымерли идеалы, рассыпались прахом и копотью, люди сошли с ума, кидая горящие спички себе под ноги, стоя по щиколотку в керосине. Палач был в своем праве, идеалисты - в меньшинстве.

- Вернул бы, если бы мог, - повторить как эхом, глядя на расстроенную Лу, на то, как она смахивает наворачивающиеся слезы, таким простым, почти человеческим жестом. Слезы. У него самого не было даже их, никогда. На секунду промелькнула мысль о том, каково это вообще - иметь возможность плакать о ком-то? Становится ли от этого легче, или капли влаги, это лишь странное отражение того, как это делают люди, когда им больно или тяжело. Равнодушие? Жалость, к той, кто стоял перед ней? Нет, ни то, ни другое. Но и не сочувствие, ведь чувствовать также, как ей, ему не дано. Понимание? Да, возможно, но даже это понимание вещей у них всегда было и останется разным... Признание собственной беспомощности что либо изменить дается с горечью, которая еще не успела стихнуть, а холодный, пронзительно, вымораживающе холодный голос в голове шепчет тихо: "Все правильно, все так, как должно было быть, смирись с этим". С ним уже нет сил спорить, но, к счастью, нет и сил соглашаться. Слишком дорого дается уже просто собственное существование отдельно от него, слишком больно, словно собирать себя из осколков прошлой личности, которой уже нет, но которой и быть на самом деле не должно.
Очередной вопрос заставляет вынырнуть из бесплодного диалога с внутренним палачом, и Джей несколько мгновений смотрит замершим взглядом в подернутые еще влагой глаза Любви. Что он мог ей ответить на это? Разве он предсказатель, чтобы гадать о будущем, или Надежда, чтобы давать надежду, или Вера, чтобы делиться уверенностью? Что может сказать Справедливость о том, во что верит и на что надеется сам? Разве что-то, что видел в то самое мгновение, когда был свершен приговор, развернувшуюся, но теряющуюся в тумане ленту времени.
- Перерождение произойдет. Но я не смогу ответить тебе на вопрос, когда.
Все, что он мог сказать ей, и даже чуть больше, чем, быть может, хотел. Остаться бы одному, прислониться спиной к холодному, еще целому льду, сползти по нему вниз, закрыть глаза, откинуться затылком, чувствуя, как под медленно становящимся обжигающим холодом застывают мысли. Перестать слышать, перестать слушать...
- Что? - впервые за встречу переспросить растерянно. Какое ей дело до этого? Какое вообще всем им дело до того, есть ли у палача вообще душа, и что там в ее потемках? "Ты всегда был, и всегда будешь один. Они - другие и никогда не примут тебя".
- Я чувствую холод, - ответ честный и совершенно бессмысленный. Ведь кто поверит, что хозяину Ледяного Чертога может быть самому по-настоящему холодно, когда вымерзает все изнутри, кроме единственной янтарной капли, в которой, собственно, и теплится жизнь. Когда твоя же стихия из желанной и ласковой становится жестокой и беспощадной к тебе самому. Зачем ей знать о том, на что похожи его чувства, его жизнь? Кому от этого станет легче?
- Тебе действительно лучше уйти сейчас. Я ничего не могу для тебя сделать.

+1

8

Слова падают в сознание как тяжёлые камни. Они падают в образующуюся пустоту. Дыру где-то в сердце, растущую с каждой буквой, принося туда холод Ледяного Чертога и страх. Чего Любовь боится? Не Справедливость, пожалуй. Не здесь и не сейчас, когда от неё она может перенять только апатию. Она боится именно пустоты. Не может и не хочет понимать, как это - жить без любви, даже на краткий миг. Чувство противное её сути, отталкивающее, выворачивающее наизнанку.
Неосознанно Лу обнимает себя за плечи, становясь прозрачней. Здесь не холодно физически, но вымораживает душу, обдавая ледяным дыханием. И Справедливость - слабая пульсация жизни. Застывший в ледышке. Тот, кого она никак не может почувствовать. При взгляде на кого становится жутко, пусть Любовь и не может понять, почему.
Ещё немножко, и она вернётся к своей истинной форме, стремясь пережить горе и осознать вырванную клещами надежду. Да, брат вернётся. Да!
Но успокоиться Воплощённая Любовь уже не может. Только взорваться. Подобно раскрутившейся пружине, дошедшей до пика натяжения, вихрем разойтись по пространству. Утопить здесь всё собой, и плевать, что Справедливость не та публика, которой стоило бы показывать такие свои эмоции. Он всё равно не сможет понять. Им обоим будет от этого плохо. Он прав, нужно уходить.

Любовь не осознаёт и не контролирует своих действий, но начинает воздействовать на Чертог, а вместе с ним и на его создателя. Стремится сделать его чуть теплее, согреть, растопив снега, и согреться самой. Единственный для неё способ чувствовать себя в безопасности - любить и чувствовать любовь, даже если каждой окружающей частичке мироздания придётся любить насильно. Если хотите - это проявление истерики. Эмоций, изо всех сил сдерживаемых, направленных вовнутрь.
В конечном счете, именно это стало ошибкой. Не нужно было ей стараться сохранять спокойствие. Когда твоя суть это движение и жизнь – замирать опасно, ведь рано или поздно эмоции дойдут до пика.
Холод. Уходи Лу. Беги, пока не поздно.

Что будет с Судьёй, если заставить его полюбить? Свести с ума, на уровне ментальном рассказать, показать, дать почувствовать всю боль, которую чувствует Любовь, впервые сталкиваясь с потерей дорогого брата, к которому была привязана едва ли не от начала времён. Не как к брату. Не как к возлюбленному. В чём-то большем и куда более неуловимом, чем просто нежность, родственные чувства, или даже страсть. Он обещал, что всегда будет рядом, стоит лишь ей позвать. А теперь он там, откуда не возвращаются так просто, и виновник этого даже не виноват, по большому счёту. Ироничная и злая шутка судьбы.

Девушка начинает тихо смеяться, уже не пытаясь сдерживать пришедшей истерики. Не добраться ей до Веры, которая могла бы успокоить, помочь направить своё состояние на благо. Не добраться до чуткой Надежды, способной разделить печаль и привести к свету. Тут только Справедливость, по которому первому ударяет бесконтрольная энергия, стремясь вклиниться в сознание, не создавая, но будя те ростки светлого созидательного чувства, которые есть глубоко внутри каждого, кроме, разве что, Ненависти. 

Она хочет ему что-то сказать, но из горла не вырывается ни звука. Слезы омывают белое лицо, смех перестаёт звучать, превращая Воплощённую в картинку из немого кино. Любовь обращается в незримый ветерок, к ледяной свежести добавляя сладкий дурманный запах корицы, но вместо врат взлетает ввысь, проходя сквозь колонну.
Глыбы льда бывшего произведения искусства летят на твердь, но Любовь не обращает на это внимания. Ей не попасть вглубь Чертога - Справедливость позаботился об этом. Значит нужно на Землю, к людям, и хорошо бы не устроить катастрофы во имя воспетого лириками чувства. Но что-то её не выпускает, тревожа. Одна-единственная искра, способная перерасти в пламя, пробивающаяся из вечной мерзлоты Чертога. Любовь чувствует и хочет спасти её. Не ради Джея, и не для того, чтоб навредить ему. Просто потому, что это её стихия.
Любовь не хочет страдать сама и не желает этого никому, потому, находясь в расстроенных чувствах, тянется к хрупкому источнику света, не думая о последствиях  и причинно-следственных связях.

+1


Вы здесь » What do you feel? » Level of Mind Palaces » [личный] Скажи мне правду


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC